— Этель, премьера в театре «Домик Фанни Белл» — «Съеденное время» — ваш режиссёрский дебют. Расскажите, пожалуйста, чем вы занимались до этого и как опыт повлиял на вашу работу?

— Я училась на художника-постановщика, в ГИТИСе, у Крымова Дмитрия Анатольевича. Это был первый набранный им в РАТИ курс. После первого года обучения мы всей нашей компанией художников, во главе с Крымовым, начали придумывать и делать совместные спектакли. Сочиняли всё от начала до конца: что там будет и как, делали декорации, костюмы и сами же играли. Придумывали и играли именно так, как художники могут сыграть, занимались так называемым «театром художника». Поэтому граница между профессиями сценографа и режиссёра у меня довольно размыта.

Так мы сделали «Недосказки», «Донкий Хот», «Демон. Вид сверху», и нас взяли в театр «Школа Драматического Искусства», где организовалась лаборатория Дмитрия Крымова. Членом лаборатории я до сих пор являюсь, продолжаю играть в спектаклях.

Сейчас, в основном, работаю как художник, вот, поставила оперу «Волшебная флейта» Моцарта в музыкальном театре Станиславского и Немировича-Данченко с Тителем Александром Борисовичем. Опера — это то, что меня больше всего сейчас привлекает.

Съеденное время

«Съеденное время» тоже изначально задумывалось как детская опера, не знаю, насколько получилось… Скорее, его можно назвать музыкальным спектаклем. Спектакль мы тоже вначале придумывали компанией художников, моих однокурсников. Это была чисто визуальная история, без актёров и текста, с картонными персонажами. Только большая книга, из которой всё появлялось, в которой каждый разворот — новая сцена в разной технике, новый оживающий коллаж. И всё это под живую музыку, которую играл на сцене Иван Лубенников. Планировали обойтись без единого слова; текст, который был необходим, написали на страницах книги, но дети требовали живого контакта и объяснений — пришлось нам, неподготовленным, говорить, что в голову придёт. Сыграли это один раз и всё. Потом я почти 2 года уговаривала своих друзей эту историю продолжить, но как-то не складывалось.

Потом я, сидя дома с ребёнком, от нечего делать сделала такую маленькую книжку-макет, в подарок своему старшему сыну на Новый Год, и мы вместе с ним её теперь везде разыгрываем, как в домашнем театре. Вот, разыграли нашим друзьям, а они меня натолкнули на мысль сделать спектакль.

В этот раз всё уже задумывалось как музыкальный спектакль со стихами. Екатерина Поспелова написала замечательные тексты, в которых огромное количество цитат из английской поэзии. Музыку написал Дмитрий Волков. Ну и великолепная компания артистов собралась: Максим Маминов и Сережа Мелконян из лаборатории Крымова, Алёна Смирнитская, тоже из «ШДИ», и Катя Ефимова из театра «А.Р.Т.О.». Вообще это потрясающее ощущение, когда вокруг тебя собирается отличная команда, да ещё начинает работать над «твоим» спектаклем.

Съеденное время

— Вы решили, что хотите заниматься и дальше детским театром или «Съеденное время» — лишь подготовка к более серьёзному, «взрослому» проекту?

— Я не собираюсь ограничивать себя какими-либо рамками. Каждый воспринимает спектакль на своём уровне, а задумано этих уровней должно быть несколько. Тексты, которые написаны для «Съеденного времени», например, до конца понятны только взрослым или очень хорошо начитанным английской поэзией детям. Взрослые хохочут на спектакле даже больше, потому что дети ведь всё всерьёз воспринимают. Так что я даже не знаю, кто большее удовольствие от спектакля получает. И конечно же, на наш спектакль можно приходить с довольно большими детьми — им скучно не будет.

— Многие зрители, думаю, не вполне понимают образы главных героев. Кто они? Фея, Мери Поппинс, Винни Пух и Питер Пен — те самые бумажные куколки, которые в спектакле спасают время от прожорливой крокодилицы?

— Главные герои — это герои разных английских сказок, объединённые ещё и тем, что они умеют летать. Каждый спектакль дети их прекрасно угадывают, прослушав лимерек — подсказку. Даже в яйце сразу угадывают Шалтая-Болтая, который, конечно же, после падения во сне никуда лететь не может. А актёры на сцене, прежде всего, рассказчики, четвёрка полусумасшедших англичан-­фриков, которые создают повествование из самых разных английских историй, стихов и песенок, придумывая в конце концов сказку о съеденном времени. Каждый актёр чем-то напоминает картонного героя: цветом костюма, чертой характера, забывчивостью, любовью высказывать научные предположения, вредностью и т. д. Они похожи, как кукловоды и куклы. Кстати, дети, оказалось, очень легко воспринимают эту игру, переход от больших персонажей к маленьким.

Съеденное время

— Мне показалось, что «Съеденное время» ближе к концу превращается в такой предновогодний утренник. Жёсткая структура спектакля ломается, дети включаются в действие, активно помогают персонажам с их нелёгкой задачей, общаются с актёрами. Им и их мамам, конечно, это очень нравится. А вы как считаете, может ли в спектакле быть слишком много интерактива?

— Интерактив бывает разный. Детям так нравиться участвовать в спектакле, что они не могут после этого усесться на место. Мы с актёрами сейчас придумываем разные ходы, как их заманить обратно на свои места и заставить опять с интересом слушать и смотреть. Ведь первую половину спектакля дети смотрят открыв рот, а потом начинают активно включаться в действие, и первого состояния уже не вернуть. А оно мне больше всего нравиться. Зато они налаживают свой язык общения с актёрами и вообще сами под конец, можно сказать, попадают в бесконечную книжку.

— В конце «Съеденного времени» происходит такая забавная вещь, как превращение злобной крокодилицы в добрую новогоднюю ёлку. Значит ли это, что спектакль является предпраздничным зимним проектом, или будет создана и «летняя версия» с альтернативным финалом?

— Мы планируем играть спектакль не только под Новый год. Но и концовка не будет меняться. Мне кажется, прелесть этой истории в том, что мы можем в любой момент подарить детям праздничное настроение. Летом, я думаю, вдвойне приятно вспомнить о зиме и рассыпать бумажный снег. Ведь дети, в сущности, готовы праздновать Новый Год хоть каждый день! Так же, как, например, герои Алисы пьют чай и празднуют ДеньНеТвоегоРождения независимо от времени суток.

Съеденное время

— Может быть, в завершение нашей встречи, вы хотели бы пожелать что-то своим маленьким зрителям в наступившем 2014 году?

— Мне кажется, время — категория, которая важна скорее для взрослых, а дети, как и всякие счастливые, часов обычно не наблюдают. Одна из сказок, лежащая в основе нашей премьеры, — сказка о Питере Пене, мальчике, который не хотел взрослеть. Наверно, маленьким зрителям я пожелаю как можно дольше не взрослеть, сохранить это состояние, когда вспоминаешь о времени лишь в связи с Новым Годом или Днём Рождения.

Саша СОЛДАТОВА

Об авторе >
Все статьи Саши >